Юридические компании

Авторизация

Логин:
Пароль:
  
Регистрация
Забыли свой пароль?

Консультация
юриста on-line

Вопрос юристу на "Status-Quo"


поиск юриста

Юристы и адвокаты

Корпоративное право, систематизация, каталогизация организаций и IT компаний

Корпоративное право, систематизация, каталогизация организаций и  IT компаний 10.09.2018

Корпоративное право, систематизация, каталогизация организаций и IT компаний

Смогут ли изменения в национальном корпоративном законодательстве удержать IT-компании (да и не только их) в пределах российского резидентства, а также насколько доступными стали инструменты, которые уже давно привычные для западного бизнеса.

С этим вопросом детально разбирались специалисты IT-компании, специализирующейся на создании и технической поддержке каталога организаций и компаний на информационном ресурсе Moscowinfocentr.Ru . По результатам проделанной работы, которая связана с анализом действующих организаций, предприятий, получения данных рейтинго образующей статистики, была обобщена аналитика относительно деятельности IT компаний и других ООО с привлечением иностранного капитала. Это позволило ответить на многие вопросы, которые стоят сегодня перед отечественным IT бизнесом.

Первые ласточки изменений в корпоративном законодательстве промелькнули еще в марте 2017, когда Государственная Дума приняла закон «О внесении изменений в некоторые законодательные акты РФ относительно корпоративных договоров», сдвинув с места ортодоксальное видение корпоративных взаимоотношений, которое укоренилось в РФ почти со времен плановой экономики.

Не прошло и года, как в феврале 2018 уверенность в том, что изменения все же наступят, утвердило принятие закона «Об обществах с ограниченной и дополнительной ответственностью». Об этих двух нормативных актах до сих пор не написал только ленивый (в частности я).

Велосипед отечественные законодатели не изобретали, хотя для национального бизнеса с российским и постсоветскими рынками сбыта эти изменения на самом деле является новеллой. Однако могут ли они повлиять на отечественный IT -бизнес, который уже давно и обеими ногами не здесь (по крайней мере, если не принимать во внимание физическую его часть с ИП-ами подрядчиками и отдельные компании, которые чудом получали конкурентные заказ на локальном рынке).

Погружаясь в ретроспективу, IT всегда была самых современных частью национальной экономики с топ-менеджментом, который уже в 90-х годах, путешествуя ЕС и США, четко видел, как их западные коллеги структурируют партнерские взаимоотношения в контексте владения и управления совместным бизнесом. Для них shareholders agreement уже давно не непонятно ругательный термин.

Несмотря на устоявшиеся мифы про оффшорные мотивыиностранной инкорпорации, чаще всего причиной регистрации IT -бизнеса за рубежом служила именно простота, удобство и большой инструментарий корпоративного законодательства. В частности, это было обусловлено тем, что IT является одной из немногих индустрий, где количество учредителей гуманитариев, по сравнению с учредителями с техническим образованием, приближается к нулю. Как следствие, владельцам компаний нужны были простыми, понятными и низко рисковые инструменты корпоративного управления. Это всегда ценили и ценят частные инвесторы и инвестиционные фонды. Такая потребность никуда не исчезла, но надеюсь, что удовлетворить ее хотя бы частично теперь можно и в России.

До сих пор вход венчурного иностранного фонда в национальный продукт IT -компании в форме ООО был столь же вероятным, как и попадания метеорита в директора этого же ООО. Об акционерных обществах вообще молчу. С их зарегулированностью государством они вообще никому не интересны. Основным условием таких инвесторов всегда было предварительное опрокидывание интеллектуальной собственности в иностранную компанию и привлечения инвестиций именно в ней.

Так что же произошло? Попробуем разобраться в контексте обществ с ограниченной ответственностью, поскольку это как-никак наиболее распространенная организационно правовая форма юридического лица в России. При этом поищем бизнес-логику таких изменений и их наибольшие выгоды для IT и других индустрий, которые настроены брать максимум от нововведений.

Для простоты сравнения с законодательством сохраним соответствующую хронологию изложения.

1. Пожалуй, не мне одному часто приходилось слышать вопрос о максимальном количестве участников ООО, но мало кто видел ООО с максимально разрешенными 100 участниками. И те, которые существовали или существуют, были скорее регрессным следствием уменьшения их количества путем реорганизации общества, а не плодом прогрессивного увеличения количества участников.

Однако теперь должны не столько открыт путь для более 100 участников, сколько возможность распределения опционов в больших компаниях, где дробление долей среди работников приводит к появлению более 100 участников миноритариев без необходимости создания для этого акционерного общества или релокации бизнеса за границу.

2. Легализовано хотя и не по-западному всеобъемлющий, но, по крайней мере, базово необходим корпоративный договор, в котором можно не только устанавливать порядок совместного голосования ли голосования (что устраняет вероятность Дедлок на принятие жизненно важных для бизнеса решений), но и порядок и условия покупки продажи участниками своих долей.

В то же время внедрено безотзывную доверенность в качестве меры, как инструмент от злоупотреблений участников с возможностью ее применения по активации отлагательного обстоятельства в виде наступления или не наступление того или иного события, обусловленной корпоративным договором. Например, в случае голосования за тот или иной вопрос на условиях, согласованных в корпоративном договоре, вероотступник может быть вознагражден не только «а-я-яй», но и лишением доли в ООО, очень добавляет стимулов соблюдать договоренности.

Как следствие, получаем, по крайней мере, базовую защиту от Дедлок, хаотического голосования и сохранение в силе все договоренности, которые были достигнуты на старте, без вероятности возникновения черного лебедя в виде «я передумал» от кого-то из участников. Косвенно заработает также механизм защиты от размытия долей.

3. Изменен подход к управлению ООО как путем введения сравнительно новых институтов управления в виде наблюдательного совета, так и путем установления ответственности для должностных лиц ООО, где на них возлагается полная имущественная ответственность всем своим имуществом за действия или бездействие, которые привели ООО к убыткам, и солидарная ответственность перед кредиторами ООО в случае банкротства.

Говоря о наблюдательном совете как исполнительный орган общества, даже до принятия соответствующего закона многие компании все же использовали ее как инструмент, ведь это было не запрещено. С наличием такого совета соглашались все, в том числе банки, которые в случае прописанного в уставе алгоритма принятия ею решений следили за их наличием и выполнением. Например, если в уставе указано, что общее собрание принимает решение о получении кредита по представлению или согласия наблюдательного совета, то ни один почтенный банк не позволял себе роскошь принимать к рассмотрению кредитные заявки без наличия в деле протокола заседания наблюдательного совета.

Также должностных лиц лишены возможности конкурировать с ООО без согласия общего собрания. При этом исключается конкуренция как в роли ФЛП, так и в роли должностного лица или участника другой конкурирующей компании.

Достойной внимания изменением является возможность участников участвовать в общем собрании путем видеоконференции. Правда, пока не совсем понятно, как это синхронизироваться с национальным регистрационным законодательством. Например, в случае внесения изменений в устав ООО недостаточно осуществить свое волеизъявление во время видеоконференции, нужно еще и заверить у нотариуса подпись на новой редакции устава.

Установление реальной ответственности для должностных лиц ООО дает участникам и инвесторам вполне ощутимые гарантии добросовестности действий руководства ООО и существенно защищает участников и инвесторов от неоднократных ранее случаев искусственного занижения доходности менеджментом компании, в частности из-за перевода основных клиентов на обслуживание в третьи компании или осуществления ненужных и неоправданных бизнес -логика расходов.

4. Законодатель не обошел вниманием антирейдерские настроения по заговору группы участников против одного или нескольких из них и закрепил в законе ряд предохранителей. Самым интересным среди них является невозможность исключения участника из ООО во всех случаях, кроме неуплаты им своего вклада в уставный капитал.

Такой шаг дает возможность всем партнерам чувствовать себя на равных без угрозы несправедливого, хотя и до сих пор законного лишения доли в бизнесе.

Все эти шаги в совокупности дают IT и другим прогрессивным индустриям сигнал о том, что бизнес можно вести, будучи в России не только физически, но и юридически, привлекая при этом как инвестиционное финансирование, так и новых и ценных для бизнеса партнеров-участников, даже несмотря на опцион в 1%, все же могут чувствовать себя НЕ бесправными миноритариями.

Осталось только разобраться с валютными ограничениями и предвзятостью контролирующих органов, а там и несколько дополнительных позиций в Doing Business не за горами.



Количество показов: 49

Возврат к списку